14:16 

Givsen
латентный романтик | сказочный лис | страшный человек | накуривающая муза | дрочдилер | сотона
Название: Городские легенды. Легенда первая: «Каменное сердце»
Авторы: Boogiepop (Masato), Givs-san
Рейтинг: NC-17
Персонажи: Улькиорра/Орихиме, Урахара/Йоруичи (намёком), Рангику, Шунсуй, Ичиго, Ячиру, Рукия, Ннойтора
Жанр: романтика, хентай, юмор, ангст
Предупреждения: AU, ООС
Размещение: запрещено!
Краткое содержание: Об этом Клубе широко известно в узких кругах. Кто-то крутит носом, кто-то с жадностью впитывает любой слух, однако всех этих людей объединяет одно: они ХОТЯТ попасть в Клуб. Но только немногие избранные знаю, что же из себя на самом деле представляет это тайное общество. В Клубе нет запретов или ограничений, эмоции и чувства выдвигаются на первый план, растапливая сердца и обращая атеистов в свою веру. Цикл "Городские легенды" покажет вам, чего именно можно достичь, обладая изобретательностью Урахары Киске и хитростью Шихоуин Йоруичи, являющихся владельцами Клуба.
Дисклеймер: Кубо - Бог, а мы так, балуемся
От автора Givs-san: Спасибо за идею, вдохновившую меня на написание сего фанфика, Boogiepop) мне очень приятно работать с тобой. Надеюсь на дальнейшее успешное сотрудничество.
От автора Boogiepop: Авторы - два стра-а-ашных человека :3 Если вас это не пугает, то надеюсь, вы получите такое же удовольствие от чтения, какое мы получили от написания. Большое спасибо Givs за возможность и толчок создать нечто такое-эдакое. Надеюсь, что наш цикл не загнётся на первом же фике : )

Улькиорра замер возле массивной двери Клуба и на мгновение замешкался, затем решительно постучал и, дождавшись, когда откроется проход, шагнул внутрь тёплого сухого помещения, отмечая про себя, что все эти погодные неприятности крайне утомительны и что он сейчас не отказался бы от стаканчика чего-нибудь горячительного, чтобы согреться.
Повесив пальто на вешалку, Шиффер тряхнул головой и провёл рукой по волосам, смахивая ледяные капли дождя. Замерев, он ждал, когда управляющий покажет свою хитрую физиономию, однако тот словно сквозь землю провалился, заставляя званого гостя ждать. Это начинало раздражать.
- Ох, господин Шиффер! - К парню лёгкой походкой подошла Йоруичи, стряхивая невидимые пылинки с собственной блузки. - Добро пожаловать, прошу, следуйте за мной.
Кивнув, он шагнул за тонкой фигуркой, которая неслышно скользила по паркетному полу, оставляя за собой невесомое облачко приятной туалетной воды, запах которой Улькиорра с наслаждением вдыхал, с ужасом вспоминая пропахший терпким мужским парфюмом салон автомобиля. Всё-таки необычная она женщина – Шихоуин Йоруичи. Такая… уютная, что ли.
Остановившись возле какого-то помещения, она развернулась лицом к гостю и лучезарно улыбнулась, показывая рукой на плотно прикрытую дверь:
- Это библиотека. Пожалуйста, подождите Киске тут. Он скоро освободится и составит вам компанию.
Снова кивнув, Шиффер дёрнул за ручку и удивился тому, что дверь не сдвинулась ни на сантиметр, как будто была заперта.
- Ох, простите, - захлопотала девушка. - Она немного заедает, нужно… - Она каким-то странным образом вывернула ручку, и дверь, натужно скрипнув, поддалась. - Вот, прошу.
- Благодарю, - откликнулся парень и, шагнув внутрь, замер, оглядывая большое помещение, сплошь заставленное книгами и массивными полками. Сзади с глухим щелчком закрылась дверь, но звуков шагов Улькиорра уже не слышал, уставившись на ещё одного обитателя библиотеки, который стоял возле камина, переступая с ноги на ногу и звучно шмыгая носом. Чуть приблизившись, парень разглядел в посетителе девушку, с которой ручьями стекала вода, оставляя на ковре внушительные тёмные пятна. Деликатно кашлянув, молодой человек подождал реакции и, не дождавшись, кашлянул ещё раз, однако она была, по-видимому, так занята собственными мыслями, что не расслышала вторжения постороннего человека. Пожав плечами, Шиффер шагнул вперёд и громко произнёс:
- Здравствуйте.
Девушка подпрыгнула, как зайчик, и резко обернулась, прижимая к груди какой-то увесистый кулёк. Молодой человек едва сдержался, чтобы не отшатнуться, узнав в ней ту самую секретаршу из «Кучики Инк», только промокшую, излучающую сейчас не свет и тепло, а неимоверную усталость, которая плескалась в серых глазах, смешиваясь с бликами от весело потрескивающего огня в камине. Удивление и растерянность отразились на практически всегда безэмоциональном бледном лице, а девушка, видать, его и не признала вовсе.
- Ой, - весомо выдала она, прижимая кулёк к груди ещё теснее.
Улькиорра подавил свою растерянность и шагнул ближе, вступая в освещённый камином участок, чтобы она могла его получше рассмотреть и узнать, однако хлюпнувший под ботинком ковёр заставил молодого человека нахмуриться и замереть. Он ещё раз кинул взгляд на Орихиме и стал оглядываться в поисках хоть чего-нибудь, чем можно было бы просушить мокрые пряди волос, свисающие тёмно-рыжим спутанным каскадом с узких округлых плеч, облепленных не менее мокрой белой блузкой.
- Вы же совсем промокли, - пробормотал он, поняв, что кроме книг тут нет ничего, за исключением мебели: огромный диван и небольшой уютный кофейный столик, на котором, к слову, стоял красивый узорчатый поднос с аккуратной, словно вылепленной вручную, бутылкой бурбона «Jim Beam» и двумя стаканами.
- Да не так уж… - проговорила Иноуэ.
Орихиме дышала быстро, неглубокими вздохами то ли от страха, то ли от неожиданности. Просто меньше всего на свете она сейчас ожидала увидеть здесь одного из партнёров компании. Тем более не кого-то там, а господина Шиффера. Она думала, что конверт нужно будет оставить госпоже Йоруичи, которая должна была передать его непосредственно деловому партнёру госпожи Кучики, однако он сам, собственной персоной, вырос словно из-под земли, вогнав секретаршу в ступор.
«Может, он тут живёт?» - подумала девушка, но вслух ничего не сказала, продолжая молча следить за молодым человеком перед собой.
- Я… Мне сказали передать это вам! - выпалила она, выставляя вперёд руки с наполовину промокшей папкой.
Юноше даже чуть было не шарахнулся от неожиданности и замер, переводя взгляд с девушки на кулёк в её руках и обратно. Иноуэ чувствовала, как заливает румянцем щеки, и чуть пригнула голову, чтобы это было не так заметно. Конечно, одно дело оказаться в таком дурацком положении перед человеком, которого совсем не знаешь, другое – перед тем, кто тебе… Впрочем, девушка сильно сомневалась, что Улькиорра хотя бы примерно представлял, где он мог её видеть раньше.
- Спасибо, - после продолжительной паузы Шиффер всё-таки протянул руки и мягко перехватил влажные края папки. - От кого это?
- Г-госпожа Мастсумото попросила передать это вам и всё разъяснить, если возникнут какие-либо вопросы, - пролепетала Орихиме.
Даже не договорив предложение, она начала сильно сомневаться, что сможет разобраться в документах. Во-первых, пристальный, хоть и абсолютно спокойный взгляд молодого человека смущал её до крайности. А во-вторых… «Надо было не дурью в машине маяться, а хоть раз пробежаться глазами по бумагам! - клял помощницу внутренний голос. - Боялась она, блин! На тебя, между прочим, госпожа Матсумото рассчитывает!»
С сомнением приподняв бровь, Улькиорра быстрым движением вскрыл конверт и вытащил оттуда чуть помятые бумаги, заполненные разнокалиберными расчётами, начиная от простой бухгалтерии и заканчивая многоуровневыми формулами о среднеарифметическом доходе за последние два года. Финансовый директор, видимо, решила всю работу свалить на делового партнёра, предоставив ему заботу писать километровые отчёты. Это было так… похоже на неё.
Орихиме подавила очередной чих, который щекотал кончик носа, и, решив, что больше её присутствие тут не требуется, направилась к огромной и тяжёлой с виду двери, которую госпожа Шихоуин открывала перед гостьей, попросив подождать её в библиотеке, так как дела срочно призвали Йоруичи. Девушка досадливо поморщилась, осознавая, что не догадалась попросить у неё хотя бы полотенце, чтобы просушить вымокшую голову. «Заболею, - вяло подумала Иноуэ, проводя ладонью по ручке двери и с усилием нажимая на неё, - но хотя бы на работу не пойду – это радует».
- До свидания, господин... - тихо произнесла она, толкая дубовую преграду, однако та не поддалась, заставив секретаршу подавиться окончанием предложения.
Оглянувшись на парня, который даже ухом не повёл, полностью погрузившись в изучение документов, она толкнула дверь ещё раз, но получилось ровно так же, как и в первый, то есть никак. Подобравшись, Орихиме нажала на ручку сильнее и вновь боднула ровную налакированную поверхность – ноль эффекта.
- Э... - Она обескуражено отступила на шаг, оглядывая габариты выросшей на её пути преграды.
- Что-то не так?
Иноуэ во второй раз за вечер подпрыгнула при звуке этого голоса, удивляясь тому, что Улькиорра бесшумно подкрался и встал рядом, подняв глаза на дверь. Девушка кивнула, разводя руки в стороны и отходя, чтобы парень смог помочь, чем тот, собственно, и занялся. Надавив на ручку и упершись плечом в деревянную поверхность, он постарался открыть её, но та даже не скрипнула в ответ на все старания. Шиффер изумлённо выдохнул и попытался повторить трюк Йоруичи, но выход словно замуровали, разрисовав преграду под дубовое лакированное дерево ради смеха.
Нахмурившись, Улькиорра отошёл от двери и достал мобильный телефон, готовясь высыпать на голову управляющего целую тонну камней за подобное обращение с посетителями, но резкий треск и звон чего-то металлического, стукнувшегося о паркет, привлекли его внимание, заставив позабыть про телефон, про звонок и про господина Урахару.
- Ой… - Орихиме наклонилась и подняла с пола увесистую дверную ручку. - Что-то она так легко… отломалась.
Прикинув, с какой дурью надо прыгнуть на ручку, чтобы она так запросто отвалилась (ведь сам Шиффер дёргал её достаточно сильно, но вывернуть не смог), и с удивлением осмотрев тонкие девичьи руки, парень вернулся к своему телефону, но и тут поджидало западло, преследующее его весь день, - мобильник был разряжен и категорически отказывался включаться. «Я помечу этот день в календаре и назову его пятницой 13-е», - с раздражением кинув трубку в карман, подумал он, вновь поворачиваясь к трясущейся то ли от холода, то ли фиг пойми от чего Иноуэ.
- Вы вся мокрая, - озвучивая свои мысли, проговорил Улькиорра. - Надо хоть немного согреться до прихода господина Урахара, который, кстати, безобразно опаздывает.
Оглянувшись на кофейный столик, на котором всё так же стояли бутылка и стаканы, Шиффер решительно направился туда, поддаваясь сиюминутному озарению. Попутно он прикидывал, сколько можно налить девушке, чтобы она согрелась, а не напилась в сопли. В голове всплывали формулы расчёта о соотношении массы тела к воспринимаемости алкоголя, но всё это казалось каким-то глупым и несуразным. Схватив бутылку за покатое гладкое горлышко, Улькиорра вдруг замер, поняв, что нервничает. Впервые, наверное, за последние много лет он нервничал, оказавшись в одной комнате со знакомой девушкой. Куда-то под лопатку кольнуло раздражение от осознания подобной слабости, и парень, сжав губы, плеснул бурбон в оба стакана, поняв, что ему сейчас необходимо взбодриться.
- Пейте, - почти гаркнул он и поморщился от того, как это прозвучало.
Нет, конечно, день был дурацкий, но зачем же срываться на девушке? Противный внутренний голос подсказал, что она в его нынешнем состоянии тоже отчасти виновата.
Улькиорра взял себя в руки и повернулся с зажатыми в руках многогранными стаканами обратно к девушке. Она всё ещё стояла около двери, виновата вертя ручку в руках.
- Извините, - тихо сказала Орихиме.
- Успокойтесь, - Шиффер отпил из своего стакана – авось нервы немного успокоятся, и перестанет покалывать в висках. - Вот, возьмите. Это вас немного согреет.
- Я не пью, - попыталась запротестовать девушка, но Улькиорра просто протянул ей бурбон, не утруждая себя больше ни словом.
Иноуэ молча смотрела на его бледную руку с длинными пальцами, сжимающими слегка мутные от напитка стенки стакана. Вздохнув, Орихиме приняла от него виски. Осторожно, кончиками пальцев, стараясь не задеть его кожу, которая казалась фарфоровой в неверном свете камина. Она поднесла стеклянные грани к лицу, поболтала жидкость внутри, как однажды её учил один старый знакомый, и вдохнула аромат. Иноуэ была далека от пафосного распития дорогого алкоголя и никогда не могла понять, как эксперты определяют, чем именно пахнет тот или иной напиток, но зато могла с уверенностью сказать, что это было очень дорогой и, на удивление, вкусный виски, отдающий чем-то фруктовым…
Улькиорра почувствовал, как помимо воли приподнимается уголок рта. В обычной ситуации он бы сдержался, но рядом с этой девушкой хотелось быть чуть открытее, чуть небрежнее с собственной мимикой… Да и, к тому же, кто увидит его здесь и воспользуется минутной слабостью?..
Слабостью…
Мысли Шиффера непроизвольно вернулись к тому, где они, собственно, находятся. Клуб был заведением… Он не мог подобрать нужного для описания слова. Когда Рангику потащила его с собой, то так и не удосужилась объяснить, что, собственно, представляет из себя это непонятное сборище. В определённых кругах о Клубе ходили разные слухи: это была и оккультная секта сатанистов, и элитный клуб олигархов… и вообще, что только не болтали о Клубе! Кто-то высокомерно фыркал и говорил, что если уж всю информацию о нём держат в таком секрете, значит, это не стоит внимания, однако желание попасть в число избранных было столько же велико – если не сильнее – как и у тех людей, которые в открытую проявляли интерес к Клубу.
В общем, становится примерно понятной картина, с которой он ехал сюда впервые, сидя рядом с Рангику на заднем сидении чёрного такси.

Флешбек.
- Как поживаешь, Джеки? - Матсумото весело болтала с темнокожей женщиной на месте водителя.
- Замечательно, - улыбнувшись, с лёгким акцентом ответила та.
Улькиорра был заинтригован… Да что там – взволнован, когда машина остановилась около огромного особняка. И какое же это было разочарование, когда его просветили, что это всего лишь очередной притон для тех, кому нечем заняться. Управляющий и его зам упорно называли это по-другому, а молодой человек так же упорно не понимал, какой смысл давать одним и тем же вещам красивое название.
Конец флешбека.

И почему он до сих пор платил за членство в этом цирке?..
Один из самых молодых директоров фирмы допил остатки виски в своём стакане и повернулся к Орихиме, когда та в очередной раз пронзительно чихнула.
- Кажется, в вашем положении одного бурбона, боюсь, недостаточно…
На последнем слове он вдруг почувствовал, как екнуло в голове. Сладко так… Протяжно… Как будто кто-то лил мёд тонкой струйкой… Шиффер прикрыл глаза, дотрагиваясь до век кончиками горячих пальцев.
- Сядьте к камину. Нужно просушить одежду.
Соображать стало решительно сложно, и Шиффер вдруг отчётливо начал ощущать запахи: горящие дрова - сухие, жаркие, с приятным тонким ароматизированным дымом; остатки бурбона на стенках стакана в руках - что-то цветочное… Нет, фруктовое.
«Персики… кажется…»
Мимо прошелестела ткань, и Шиффера обдало густым запахом мокрых волос. Он резко развернул голову, тут же зажмурившись: боль в шейных позвонках мучила его уже пару месяцев. Как-то он поделился этой проблемой с одним из ассистентов, и парень по доброте душевной записал его на сеансы массажа. Ещё бы он туда хоть один раз сходил… Работа поглощала слишком много времени – ему иногда даже ночевать приходилось в офисе, не то, что выкроить время на визит к врачу.
Помощница Кучики сиротливо села на край кофейного столика, прямо перед огнём и, поставив стакан на полированную поверхность, обхватила себя за плечи, нещадно растирая их и пытаясь таким образом согреться.
Улькиорра краем глаза отметил, что она едва отпила бурбон.
- Вы же в курсе, что так будете сохнуть намного дольше? - спросил он, не узнавая собственного голоса. Когда он начал хрипеть?!
Орихиме замерла испуганным сусликом и скосила глаза на господина Шиффера, сомневаясь в том, что это он к ней обратился.
- В-всё в порядке! - широко улыбнулась она, хотя голос мелко подрагивал. - Я и так высохну!
- Нет, не высохнете, - покачал головой молодой человек, предварительно прочистив горло. На всякий случай. - Вот. - Он стянул с себя пиджак и положил его на подлокотник дивана. - Снимите всё мокрое и накиньте себе на плечи. Я отвернусь.
Улькиорра взял стоящую рядом с девушкой бутылку и осторожно бросил на неё взгляд. Зря. Щеки Иноуэ с поразительной для её замёрзшего состояния быстротой становились маково-алыми. Через мгновение румянец перекинулся на уши, а потом уверенно пополз вниз по шее.
- Господи, женщина, - покачал головой парень, тем не менее, с усилием отлепляя взгляд от первой застёгнутой пуговицы белой блузки, - не собираюсь я с тобой спать. Я ещё в не настолько бедственном положении.
Кажется, после этих слов девушка смутилась ещё больше – на этот раз от унижения, а Шиффер задумался – как же ещё назвать то положение, в котором он находился. Всё тот же противное внутреннее Я, только почему-то на этот раз голосом Матсумото, подсказало: «Катастрофическим».
Улькиорра отвернулся, возвращая лицу постное выражение и всеми силами стараясь игнорировать начавшееся шебуршение за спиной. Ну, да, он не занимался сексом с института, что уже… Молодой человек прикинул в уме. Почти четыре года?! Он, чёрт возьми, ни с кем не спал та-ак долго?! Неудивительно, что Рангику потащила его в Клуб. Шиффер поражался, как у него ещё не лбу не выступили кровавые письмена: «Дайте мне кого-нибудь трахнуть!!!» Так… Успокоиться. Он явно перевозбудился. И устал. И, твою мать, не занимался сексом уже четыре года! Неожиданное открытие так потрясло несчастного парня, что он на автомате налил себе полный стакан виски и ополовинил его одним большим глотком. Напиток проскользнул внутрь, казалось, миновав все органы пищеварения, и сразу же обосновался где-то в области паха.
Пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку в помещении, чтобы отвлечься от собственных грустных мыслей, парень наткнулся взглядом на книжные шкафчики, которые были защищены стеклянными дверцами, в обычном режиме защищавшими переплёты от пыли, но сейчас Улькиорра огромными глазами смотрел, как позади него, стоя рядом с диваном, переодевается удивительно красивая в свете огня девушка. Он глубоко вздохнул, на весь возможный объём лёгких, и удержал себя от желания обернуться. Странно… Его и раньше пытались соблазнить – достаточно вспомнить хотя бы их первое знакомство с госпожой, кхе-кхе, Матсумото, но ни в тот раз, ни во все предыдущие разы никогда не было настолько сложно контролировать реакции собственного тела. Сейчас же здравому смыслу приходилось буквально проталкиваться сквозь густой кисель.
Шиффер нахмурился и подозрительно покосился на бутылку в своей руке. Они туда что, что-то подсыпали?.. Вполне. С Урахары бы сталось.
Улькиорра негромко хмыкнул, приподнимая уголок губ и ослабляя идеальный узел на галстуке. В душе начинали пробуждаться подозрения, что и этот звонок, и эта промокшая девочка у камина были ступенями в чьём-то не слишком умном, но надёжном, как счёт в швейцарском банке, плане. Его хотели заставить воспользоваться услугами Клуба. Шиффер посмотрел на остатки виски в стакане, поболтал его и медленно допил, наслаждаясь фруктовым вкусом. Ощущения были похожи на алкогольный дурман, но молодой человек поймал себя на мысли, что не только не возражает, но и наслаждается собственным состоянием. Это открытие удивило хладнокровного парня, но отнюдь не обескуражило. Он сжал руку в кулак, затем медленно вновь расправил пальцы, чувствуя, как по фалангам заструилось непривычное тепло, распространяясь по венам быстрыми огненными ручейками. Сердце тяжело ухало в груди, с натугой перекачивая подобный напор. Казалось, что достаточно одной маленькой искры – и оно взорвётся к чертям, запачкав эти аккуратные полки и тщательно протёртые от пыли книги. Ноздри трепетали, как у хищника, который внезапно почуял запах жертвы. Улькиорра именно зверем себя сейчас и чувствовал, только цепь, собранная по звеньям из морали и нравственности, всё ещё держала его на привязи, не позволяя сорваться.
Орихиме тем временем переоделась, скинув с себя мокрую блузку и юбку, которая с каким-то обречённым шуршанием заскользила по ногам. Подумав, колготки девушка оставила, не решаясь лишиться последней одежды, оставшись наедине с мужчиной в одном нижнем белье. Она, конечно, не боялась этого человека, потому что прекрасно знала из рассказов госпожи Кучики о его характере, но искушать даже святого не следует, не говоря уже о простом смертном, поэтому Иноуэ как можно плотнее завернулась в мужской пиджак, пахнущий какой-то терпкой туалетной водой, и снова уселась на кофейный столик, подтянув колени к подбородку – благо, что размеры случайного одеяния позволяли полностью укутаться в него, оставив на поверхности только взъерошенную макушку и испуганные глаза. Орихиме глубоко вздохнула и осеклась, поняв, что всё тело напряглось из-за болезненно-резкого запаха, исходящего от ткани. Нет, это не было неприятным, скорее, даже наоборот. Казалось, что её собственная кожа впитывает ароматный парфюм, насыщая каждую пору. Глаза стало печь, а голова отяжелела, словно внутрь залили львиную долю свинца. Жар охватил ноги и руки, отчего захотелось немедленно сбросить последнюю одежду, но здравый смысл выиграл спор, ограничив движения невнятным ёрзанием в попытках усесться на прохладное место.
Покосившись на стакан с остатками бурбона, Иноуэ поджала губы, распиная себя за сговорчивость и согласие выпить алкоголь. Не пила же она никогда в жизни, так вот и не пила бы, а то получается, что захмелела в обществе незнакомого ей человека, так ещё и…
- Вы закончили? - раздалось за спиной, и девушка почувствовала, как по лопаткам скользнул равнодушный взгляд.
- Спасибо, - прошептала она, полностью зарываясь в пиджак и скукоживаясь, чтобы спрятать пылающее лицо, но получалось только хуже.
Теперь аромат туалетной воды захватил её с головой, погружая всё больше в какой-то новый мир, наполненный густыми резкими красками, вырывающими из глубины души сдавленный возглас удивления. Орихиме задыхалась, не смея высунуть нос. Нужно было как-то выплывать из этого положения, чтобы не случилось чего-нибудь, что совершенно не входило в планы. Неожиданно вспомнилась госпожа Матсумото, которая и отправила Иноуэ в это сомнительное путешествие. Если бы не она, то сейчас, вместо чьей-то там библиотеки, чужого мужчины и совершенно левой обстановки, девушку окружала бы ароматная вода с пеной и тихая приятная музыка. И почему госпоже Кучики понадобилось так срочно связаться с партнёром компании? Может, у них там какая-то особенная переписка, выходящая за рамки деловой, раз уж для подобного не использовали нанятого специально для этого курьера, а отправили доверенное лицо, которое уж точно не станет подглядывать в чужие бумажки? «Может, у господина Шиффера и госпожи Кучики любовь?» - подумала Орихиме, выныривая из пиджака.
Сзади раздался звук разбившегося стекла, заставивший девушку вздрогнуть. Резко обернувшись, она уставилась в круглые от удивления изумрудные глаза Улькиорры и с величайшим стыдом поняла, что ляпнула это вслух.
- Ч-что, простите? - ошарашенно выдавил парень, переводя взгляд на осколки, оставшиеся от стакана.
- Я… я не это имела в виду. Совершенно не это, ведь это личное дело вас и госпожи Кучики, но ведь… Это и вправду не моё дело! - затараторила девушка, пытаясь справиться с собственным смущением.
Сказать, что Шиффер не ожидал подобного вопроса – это не сказать ничего. В голове мгновенно всплыл образ суровой начальницы из партнёрской компании: маленькая, худющая, с пронзительными фиолетовыми глазами и ехидной улыбкой. Это он ещё не вспомнил про едкие замечания, которыми любила сыпать Рукия в моменты обострения. Эта женщина привлекала его исключительно как бизнес-партнёр и возбуждала только деловые инстинкты. Как только этой дурочке могло в голову прийти подобное умозаключение?
- Вы хоть понимаете, насколько абсурдно ваше предположение? - поинтересовался Шиффер, вставая с дивана и морщась от того, что носки моментально испачкались в разлитом бурбоне.
«Ещё и липнуть будет», - обречённо подумал он и направился к кофейному столику, на котором, сжавшись в комочек, сидела пристыженная Орихиме. Пожар, прекратившийся на мгновение из-за изумления, разгорелся с новой силой, когда Улькиорра сел рядом с ней. Усилившееся в разы обоняние теперь достигло своего апогея, забивая нос и лёгкие самыми разными ассоциациями с запахами, которые кружили вокруг этой особы, но больше всего парня возбуждало именно то, как её нежный аромат причудливо смешался с его собственным.
- Я… мне правда очень стыдно, - прошептала Иноуэ, испуганно косясь на своего соседа, который, вздохнув, окончательно развязал душащий его галстук и отбросил ставший ненужным предмет одежды в сторону.
- Может, прекратите уже этот цирк и признаетесь? - устало проговорил он, потирая ноющую шею.
- В чём? - Теперь пришла очередь Орихиме изумляться.
- В том, что всё это подстроено управляющим, - припечатал парень, в упор уставившись на неё. - Эта встреча, эта дверь, эта нарочито промокшая одежда – всё происки господина Урахары, я ведь прав?
- Не понимаю, о чём вы… - прошептала Иноуэ севшим голосом.
- Плохая из вас актриса. - Улькиорра ехидно ухмыльнулся и кивнул на практически нетронутый бурбон. - Вы ведь знали, что там что-то намешано, поэтому не пили совсем.
- Вовсе нет! - горячо запротестовала девушка, но обличающий взгляд молодого человека сбил её на полуслове.
- И бельё ажурное вы надели просто так, да? - Шиффер пальцем подцепил ворот пиджака и потянул его на себя, оголяя лямку лифчика.
- Как вы?.. - Задыхаясь от подобной наглости, Орихиме даже дар речи потеряла.
Парень понимал, что сейчас ведёт себя, как распоследняя свинья, но ясность в голове испарилась при виде нежно-розового нижнего белья, которое почти сияло на персиковой коже. Он потянул за пиджак ещё, стаскивая одежду практически до пояса. Взгляду открылась большая грудь, которая взволнованно вздымалась от частого дыхания. Улькиорра понял, что у него медленно срывает резьбу. Дыхание сбилось, превратившись в рваные сгустки воздуха, которые лёгкие просто выталкивали из себя, а сердце, казалось, сейчас отвалится… хотя оно уже оторвалось, грузно опустившись в район паха и нестерпимо пульсируя там.
- Как же господин Урахара всё правильно подрасчитал, - пробормотал Шиффер, не в силах оторвать взгляд от тонкой голубой жилки, бьющейся под кожей на девичьей шее. - Просто идеально.
- Вы не… не… Ой!
От резкого рывка Орихиме распласталась на жёсткой поверхности кофейного столика, оказавшись придавленной худощавым, но от этого не менее тяжёлым и сильным телом молодого человека. Пиджак сполз до бёдер, а руки оказались прижаты к телу, исключая возможность натянуть его обратно на плечи. Девушка с ужасом смотрела в абсолютно равнодушные глаза Улькиорры, на дне которых плескалось что-то дикое, такое, что она никогда в жизни не видела в глазах мужчин. Это было больше, чем простая похоть – это было что-то пострашнее.
- Зачем отпираться, когда и так всё ясно? - спросил он, наклоняясь к её лицу. - Передайте потом господину Урахаре, что он победил.
Вопросы о том, кто такой господин Урахара и в чём он, собственно, победил, быстро выпали из головы Орихиме, как только бледные губы молодого человека прижались к её губам. Совесть говорила, что ей надо бы возмутиться. И не просто возмутиться, а закатить натуральную истерику с криками, слезами и обещаниями судебных исков. Вот только если Иноуэ и хотела сначала так поступить, то передумала, как только обратила внимание на собственные ощущения.
Тело Улькиорры было тёплым, даже горячим. Руки другого человека – мужчины, да, к тому же, привлекательного – крепко держали её: одна лежала под поясницей, другая – придерживала голову за затылок, чтобы девушка не смогла отвернуться. На грудь приятно давила его тяжесть, и мягкие полусферы расплющивались, как будто для того и были созданы. Тонкие губы Шиффера целовали её, унося остатки сознания куда-то на третий или даже на четвёртый план. Сдвинув голову Иноуэ вбок, молодой человек раздвинул её губы языком, одновременно убирая ладонь с затылка и надавливая большим пальцем на подбородок. На секунду глаза Орихиме распахнулись, - когда она успела их закрыть?! - и от приятных ощущений, простреливших её от кончика языка до самых ключиц, помощница Кучики тихонько застонала. Коротко, хрипло.
Она попыталась приподнять руки то ли для того, чтобы хоть немного оттолкнуть от себя Улькиорру, то ли чтобы обнять его в ответ – девушка ещё не решила, но высвободить их так и не получилось. Иноуэ лишь повозилась, как будто устраиваясь поудобнее.
Что-то такое странное было во вкусе её губ – то, что, смешавшись с алкоголем, ещё больше вскружило голову. Парень с усилием оторвался от неё, потому что девушка уже вовсю целовала его в ответ, и, нахмурившись, посмотрел в разрумянившееся лицо. Дрожащие ресницы, влажная тонкая линия на нижнем веке, приоткрытые алые от страстных поцелуев губы… Как будто фотография из журнала для взрослых. Он и не подозревал, что такое можно увидеть в реальности, не прибегая к помощи компьютерной графики.
Голова сама собой нырнула обратно, зарываясь во влажные волосы, рука под поясницей скользнула выше, ища застёжку бюстгальтера, ставшего таким ненужным. Нежная ткань как будто зудела под ладонью, издевательски выскальзывая и потешаясь над тем, как господин Шиффер безуспешно пытается расстегнуть три маленьких крючка. Тихо чертыхнувшись, Улькиорра не стал дальше себя мучить и просто потянул противную горизонтальную лямку вверх.
Орихиме охнула, когда лифчик резко вздёрнулся к ключицам, проехавшись по соскам, ставшим намного чувствительнее, но гораздо сильнее потрясли ощущения от длинных тонких пальцев, сжимавших округлые холмики от основания к вершине. Грудь была слишком большая, чтобы помещаться в ладони, но молодой человек, кажется, вообще не стал на этом зацикливаться. На секунду Иноуэ почувствовала облегчение, вспомнив какую-то глупую статью о взаимосвязи размеров груди с чем-то там ещё… О чём же конкретно повествовала статья, ей мешали вспомнить посекундно вырывающиеся из горла собственные рваные постанывания. Девушка пыталась вести себя потише, опасаясь, что госпожа Йоруичи или тот же Урахара, в преступном сговоре с которым обвинил её Улькиорра, заинтересуется, чего они там так долго делают, и придёт проверить библиотеку…
От мысли, что их застанет хозяйка дома, Орихиме смутилась до крайности и снова попыталась высвободить руки. У неё это даже получилось, чему девушка не успела толком обрадоваться, потому что Шиффер, на секунду отвлёкшись, поймал оба её запястья и прижал их к краю кофейного столика. Изогнутые ножки предмета мебели протестующе заскрипели. Они, конечно, ещё и не такое видели в стенах, в которых стояли, но раньше на них, как максимум, только танцевали стриптиз.
Тело помощницы заместителя директора «Кучики Инк» пахло чем-то лёгким и сладким. Такого эффекта невозможно было добиться ни одними духами – только родиться, как будто созданной для удовольствия. И эстетического, и физического.
Пальцы приятно проваливались в живое нежнейшее тепло. Улькиорра тёрся щекой о маленький сморщенный бугорок, наслаждаясь мелкой дрожью девушки под собой и её тихими стонами. Иноуэ пыталась закусить нижнюю губу, мотать головой, лишь бы не издать больше ни звука.
Слишком новые ощущения, слишком сильные!
Тонкие бледные губы сомкнулись на соске, вызывая новую волну сладкой дрожи, и Орихиме распахнула затуманенные глаза, когда почувствовал, как горячие пальцы молодого человека, проехавшись по ложбинке на животе, нырнули под ажурную ткань второй вещи её розового комплекта.
Улькиорра почувствовал мелкую поросль коротких волос, но это ему даже понравилось. Помнится, каждый раз, когда он обнаруживал там абсолютно гладкое пространство, то ловил себя на мысли, что занимается сексом с малолетним существом без вторичных половых признаков. Педофилом Шиффер не был, поэтому ему было гораздо приятнее ощущать, что спит он со взрослой, уже вполне сформировавшейся женщиной.
Пальцы легко скользнули между половых губ.
«Как на велосипеде, - усмехнулся про себя он. - Один раз научишься…»
- Н… не… надо… - слабо выдавила девушка, запрокидывая голову всё сильнее.
Рот приоткрыт, розовый язычок в окружении белого жемчуга зубок дёргается всё сильнее. Улькиорра отпустил её запястья, отчего-то не сомневаясь, что в этом больше не было необходимости. Так и вышло: стоило пальцам Орихиме получить свободу, как она тут же вцепилась ими в рельефный край столика.
- Действительно не надо?.. - шепнул он, возвращаясь к её лицу.
Девушка быстро зажмурилась, отворачиваясь от него, но всё так же не могла справиться со сдавленными вскриками. Тело непроизвольно подёргивалось. Она то сжимала, то разжимала бёдра, никак не могла подстроиться под постоянно меняющийся темп пощипываний и надавливаний пальцев парня.
Горячая влажная точка вот-вот готова была разорваться на тысячу счастливых искорок, собрав всё возможное внимание Иноуэ. Бёдра уже беспорядочно приподнимались, девушка, по сути, выгибалась всем телом, пытаясь поймать ускользающую с каждой секундой всё дальше руку. И когда до развязки оставалось совсем чуть-чуть, тёплые кончики пальцев исчезли. Неожиданно остро почувствовался контраст горячего тела Шиффера, нависшего над ней, и холодной поверхности столика.
Орихиме обижено застонала, сжимая бёдра и пытаясь нагнать ускользающее ощущение.
Улькиорра чувствовал, как все внутренности в паху становятся невесомыми. Была ли это вина той непонятной хрени, которую управляющий намешал в бурбон, или долгое отсутствие такого необходимого для молодого организма занятия, но юноша чувствовал себя на грани эрогенного счастья, поднося влажные пальцы к лицу девушки. Иноуэ на секунду замерла, втягивая носом собственный запах, и послушно сомкнула губы вокруг пальцев молодого человека. Странный вкус – резкий, но не неприятный. Как будто терпкий привкус от редких специй ударил в нос.
Шиффер сам приоткрыл рот, наблюдая за этим зрелищем. Сглотнул густую слюну и понял, что если сейчас же не подведёт к тому же состоянию и себя, то позорно опростоволосится.
Медленно проводя ладонями от локтей девушки до подмышек вдоль покатых боков, напоминавших формой песочные часы, Улькиорра коротко целовал вспотевшую кожу груди и живота девушки, постепенно приближаясь к коленям.
Орихиме чувствовала, как он движется вниз вдоль её тела, и снова начала ощущать это приятное томление внизу живота, доведённое уже до состояния сумасшествия тем, что он только что чуть не сделал. Это отличалось от всех, даже самых смелых её экспериментов с собственным телом. Так в чём же дело? Почему именно его касания ощущаются настолько ярко?
Улькиорра подцепил края повлажневшего розового материала и колготок, которые всё ещё тесно обтягивали девичьи бёдра, и стянул их со стройных ножек. Её щиколотки лёгко легли ему на плечо, и молодой человек, не удержавшись, поцеловал выступающую косточку. От собственной рубашки, брюк и боксеров он освободился без лишних телодвижений и потянулся к узкому ящику кофейного столика, который заметил пару секунд назад. Если там что-то и могло поместиться, то только блокнот с ручкой или… Догадка оказалась верной: ровной линией ромбиков внутри лежало несколько презервативов. Надевание этого предмета не совсем одежды тоже не заняло много времени, и Шиффер, немного волнуясь от предвкушения, переложил колени Орихиме себе на локти, мягким движением ладоней скользнул вдоль её бёдер и приподнял их над поверхностью из красного дерева. Однако тут, пытаясь сделать первое движение, успокоившийся было Улькиорра понял, что сюрпризы на сегодня заканчиваться ещё не спешили. Если обычно в подготовленный проход член проскальзывал без проблем, то сейчас… Раздражение мгновенно отразилось на его лице постной тяпкой.
- Только не говори мне… - от собственного тона даже возбуждение немного поутихло, не настолько, правда, чтобы собраться и уйти (ага, счаз!), но туман в голове немного рассеялся, выдавая первую связную мысль за последние полчаса – выписать господину Урахаре таких пиздюлей, чтобы жизнь маком не казалась! – Не говори мне, что ты девственница.
Девушка, видимо, от подобного прояснения не пострадала, поэтому просто покивала, что в их нынешнем положении смотрелось весьма комично.
Улькиорра запрокинул голову, посылая проклятия тёмному потолку.
- Чёрт. - Стоять, в буквальном смысле попирая девичью гордость и честь, было жуть как неудобно. - Но это всё равно ничего не меняет! - Он опустил нахмуренный взгляд на девушку.
На этот раз Иноуэ помотала головой, полностью разделяя его точку зрения. Она даже отцепилась от края над головой и теперь держалась за столик по бокам от себя.
«Я убью его!..»
Сомкнув челюсти так, что заходили желваки, он медленно двинулся бёдрами вперёд, стараясь не дёрнуться. Краем глаза он наблюдал, как постепенно сморщивается лицо Орихиме. Коротко всхлипнув, она закусила нижнюю губу и немного повела упирающимися в дерево лопатками.
- Блин, женщина, не шевелись!
- Меня зовут не «женщина»! - От неожиданности Шиффер чуть не уронил её.
- То есть, - каменным тоном проговорил он, - я сейчас лишаю девственности мужика?..
Иноуэ не удержалась и прыснула, заработав ещё один сердитый взгляд.
- Значит, ты всё-таки женщина? - уточнил парень.
- Да-а, - все никак не могла унять хихиканье девушка.
- Тогда, будь добра, женщина, уймись.
Сделав глубокий вдох, Орихиме успокоилась, снова уцепившись за края стола.
Улькиорра не стал больше размениваться на болтовню, столь бесполезную в подобной ситуации, и, тоже предварительно глубоко вздохнув, одним резким движением подался вперёд, одновременно подтягивая к себе бёдра девушки. Она зажмурилась, задохнулась от острой боли, протяжно застонав. Неприятные ощущение медленно накатили на неё, как приливная волна – то возвращаясь, то снова исчезая, с каждым разом становясь всё размытее. Несколько тёмных в полумраке капелек упали на плоскость кофейного столика, разбиваясь на ещё более мелкие брызги. Иноуэ выдохнула, не заметив, как перестала дышать, и тут же почувствовала, как перестали больно сжимать её бока руки молодого человека.
Больше они не произнесли ни слова...
Лопатки скользили по дереву, которое скрипело от трения с влажной разгорячённой кожей. Иноуэ наверняка бы обратила на это внимания, если бы не поток ощущений, идущих от паха до самых кончиков пальцев на руках и ногах. Волосы беспорядочно метались, свешиваясь на ковёр, пролезая и мешаясь в глаза, нос, рот. Девушка торопливым, почти судорожным движением устраняла назойливую помеху и вновь впивалась ногтями в объёмный узор столешницы, даже не подозревая, что сцарапывает ноготками дорогой лак. Улькиорра упивался волнами удовольствия и стонами девушки перед ним, резкими колыханиями объёмных грудок и мягкими пяточками, время от времени задевающими его копчик.
Девушка чувствовала, как всё чаще простреливает позвоночник, чувствовала, как всё труднее глубже вдыхать обжигающий холодом, по сравнению с их телами, воздух; как помимо воли вскидываются ему навстречу бёдра, подстраиваясь под только одним телам известный ритм; как выгибается спина, позволяя ей принять его глубже, сильнее и резче. Шиффер уже давно осознал, что потерял всякий контроль над скоростью и частотой рывков, двигаясь, скорее, по инерции, в такт её полувскрикам. Закинув одну ногу девушки себе на плечо, он второй рукой проскользнул под поясницу и прижался лбом к гладкой коже её икры, предчувствуя финал.
Оргазм накрыл Орихиме неожиданно. Разлился изнутри тонкими нитями от самой сердцевины позвоночника, за пару мгновений отвоевав управление над каждой даже самой маленькой мышцей. Она даже моргнуть не могла, распахнув серые глаза и уставившись в потолок, чувствуя, как из уголка глаза выскользнула слезинка, затерявшаяся где-то в волосах. Сколько это длилось – минуту или полчаса, Иноуэ не знала, вот только возвращаться к реальности ей опять пришлось не таким уж обычным путём. Обычно после разрядки волна ощущений откатывала, оставляя её дрожащей с неприятным ощущением влажности между ног, но, поскольку Улькиорра всё ещё продолжал двигаться внутри, отголоски оргазма и не думали никуда исчезать. Проклятые нити ни в какую не желали отдавать тело обратно, сопровождая своё отступление чуть ли не судорогой. Сладкой и нежеланной одновременно. Орихиме хотелось ругаться и хныкать, потому что второй такой порции запретного удовольствия она просто не в состоянии была выдержать.
- Хвати-ит, - сорвался с губ практически жалобный стон.
Вряд ли молодой человек услышал её, но желание Иноуэ было исполнено. Сжав зубы и замерев, Улькиорра в последний раз дёрнулся, вложившись в неё до конца, и замер, прислушиваясь к сотрясающим его собственное тело судорогам.
Надо отдать Шифферу должное – даже обессилевшими руками он не бросил девушку, а аккуратно положил её бёдра на край кофейного столика. Сделав это, он согнулся, уткнувшись лицом ложбинку между пышных грудей, и блаженно закрыл глаза.
- Урахара… - еле шевеля языком, проговорил он. - Старый мудак…
Орихиме вяло хихикнула. Уже засыпая, Улькиорра сквозь почти прозрачную дымку дрёмы услышал едва слышный шёпот:
- Кто же всё-таки такой этот господин Урахара.
Моментально проснувшись, парень вытаращился невидящим взглядом в какое-то почти незаметное пятнышко на гладкой столешнице, пытаясь привести разбежавшиеся в разные стороны мысли в порядок, затем скосил глаза на сладко посапывающую Иноуэ, которая, зарывшись пальцами в его волосы, спокойно и умиротворённо дышала, явно не осознавая того, что пала жертвой интриг того самого господина Урахары, который, к слову, уже мог начинать отползать на кладбище, потому что Шиффер понял, что готов голыми руками оторвать этому проходимцу голову. Вот только почему-то он был отчасти благодарен управляющему, который так подставил и самого молодого человека, и эту несчастную девушку. Однако он отбросил эти мысли подальше, сосредоточившись на предполагаемом членовредительстве, которое вскоре должно было исполниться.
Аккуратно, чтобы не разбудить Орихиме, он выскользнул из её объятий и наскоро оделся, наплевав на то, что выглядит сейчас именно так, как наверняка Киске и задумывал: мятая рубашка навыпуск, не менее мятые брюки с болтающимся незастёгнутым ремнём, на голове полный бедлам, каждым вколоченным вихром намекающий на то, что их обладатель очень здорово провёл время. Подхватив галстук и пиджак, Улькиорра осторожно переступил осколки стакана и решительно направился к двери, ни капли не сомневаясь, что сейчас она легко поддастся даже на лёгкий толчок, что, собственно, и произошло. Огромная дубовая преграда, которая нещадно издевалась над молодыми людьми парой часов ранее, сейчас даже без скрипа отворилась, выпуская раздражённого гостя из плена библиотеки.
В груди клокотала ярость и желание придушить нахального дядьку голыми руками… Резко остановившись, Шиффер изумлённо уставился на свои сжатые в кулаки руки, которые чуть подрагивали от эмоций, захлестнувших парня с головой. Последний раз он так яростно желал убить своего соседа по парте, который умудрился порвать тетрадку с заботливо выполненным домашним заданием, за что мальчику влепили красивейшего лебедя. После этого Улькиорра не помнил ни единой вспышки гнева или чего-нибудь иного, что могло бы настолько его захватить. Неужели расчёт господина Урахары был именно на это?
- Умный старый мудак, - процедил сквозь зубы парень, пытаясь успокоиться, однако жар в груди только разрастался, грозясь заполнить собой всё тело.
Он задыхался от давно позабытых эмоций, которые шквалом бурлили внутри, его буквально рвало на части, даже голова закружилась, из-за чего молодому человеку пришлось прислониться к подоконнику, сдерживая охватившую его болезненную тошноту.
- Наркотик перестал действовать? - раздался вдруг до боли знакомый голос.
Подняв голову, Шиффер сдавленно зарычал, узрев в дверном проёме искомый субъект, которому хотелось сделать изящную резьбу на шее. Попытавшись сделать шаг, он едва не рухнул на пол из-за слабости, сковавшей ноги свинцовыми цепями.
- Ну-ну, не стоит так нервничать, - примиряюще подняв руки, произнёс Урахара, не стремясь, тем не менее, приблизиться. - Возле вас уже чёрная аура витает, господин Шиффер.
- Какого чёрта? - прошипел Улькиорра, давясь вязкой слюной, которая заполнила рот.
- Вы отреклись от эмоций ради благополучия, а это, хочу заметить, сильнейший наркотик, - назидательно проговорил Киске, подняв указательный палец. - Человек, отказавшийся чувствовать, становится зависимым от своего спокойствия, как от дозы сильнодействующего успокоительного, но когда приходит пора выбираться из своей скорлупы, начинается ломка, которая вас сейчас и скручивает, хочу заметить.
Парень попытался что-то сказать, но тут же согнулся пополам, чувствуя сильнейшую боль в районе груди, которая змеёй свилась прямо в центре, пуская яд на внутренности и прожигая их насквозь. Задыхаясь от тошноты, подступившей к горлу противным вязким комком, он поднял голову, силясь разглядеть управляющего, который почему-то расплывался, потеряв чёткость.
- Почему именно она? - сдавленным голосом спросил молодой человек.
- Потому что госпожа Иноуэ подходила на эту роль, как никто другой. Эта девушка крайне добра, бесконечно чувственна и, признайтесь же, зацепила вас с первого взгляда, - с довольным видом пояснил Урахара.
Свет стал меркнуть перед глазами Улькиорры, боль плавно провалилась в желудок, соскользнув с лёгких и позволив сделать последний перед накатывающим обмороком вдох. Вцепившись в подоконник скрюченными от напряжения пальцами, он стал оседать на паркет, держась другой рукой за живот.
- Эй, господин Шиффер, с вами всё в порядке? - вдруг встрепенулся Киске, понимая, что это явно не эмоциональная ломка накрыла гостя.
- Какой же ты всё-таки козёл, - потратив последние силы, выдохнул парень и повалился на пол.

Орихиме очнулась внезапно, как от пинка, резко вдохнув остывающий в помещении воздух. Привстав на локте, она оглядела библиотеку: огонь в камине погас, лишь дотлевающие угольки едва заметно мерцали в практически непроглядной темноте; свет лампы отражался сверкающими огоньками в осколках стакана, валяющихся на полу; кучка, состоящая из изрядно помятых блузки и юбки, сиротливо валялась возле остывающего очага. Больше ничего не было. И никого. Сев, девушка спустила босые ноги на пол и поморщилась от тянущей боли, которая острыми паучьими лапками вцепилась в низ живота и притаилась там, мешая нормально двигаться. Подойдя к своей одежде, Иноуэ быстро натянула нижнее бельё и блузку с юбкой, затем кинула взгляд на испорченные колготки и поморщилась, решив, что сегодня можно и без них обойтись.
Осторожно переступая осколки и пятна засохшего бурбона, она направилась к выходу, кинув попутно беглый взгляд на кофейный столик, на котором сегодняшней ночью творилось то, чему Орихиме пока что не могла придумать оправдания или хотя бы внятного объяснения. С одной стороны это было прекрасно, волнующе, захватывающе, но с другой…
- Он ведь ушёл, да? - вслух произнесла девушка, остановившись возле двери, которая была чуть приоткрыта, свидетельствуя о том, что кто-то точно здесь проходил. - Глупая, конечно ушёл! С чего бы ему оставаться тут, когда всё произошло, - деланно рассмеялась она, вытирая внутренней стороной запястья лицо, по которому внезапно покатились маленькие горячие слезинки. - Ты только не плачь, дурочка, не плачь… Не плачь… Это всего лишь ещё один неудачный дубль.
Она давно заметила молчаливого молодого человека, который регулярно наведывался в их компанию по делам, которые он обговаривал с госпожой Кучики, запираясь с ней на долгие часы в кабинете, но как-то и не думала, что когда-нибудь всё случится так. Что же теперь делать? Как смотреть в глаза начальнице или, что ещё хуже, ему самому? Ведь встречи будут неизбежны, учитывая то, что «Кучики Инк» процветает. Однако, прощупав свои ощущения изнутри, Иноуэ поняла, что ни капельки не жалеет о случившемся, ведь это был её первый опыт, который она иначе и не хотела бы испытать. В конце концов, она должна была бы быть благодарна господину Шифферу, ведь он не сделал ничего такого, чего бы сама Орихиме не хотела, доставил ей ни с чем не сравнимое наслаждение, превратив «страшный и жутко болезненный первый раз» во что-то практически неземное. И ушёл…
Сжав воротник блузки, Иноуэ быстрым шагом направилась в прихожую. Там, подхватив пальто и сумку, она быстро обулась и выскочила на улицу, жмурясь от внезапно яркого солнца, которое на мгновение ослепило её. Проморгавшись, девушка вытащила из сумки изящные дамские часики, которые вчера сняла, чтобы не промочить под дождём, и взглянула на время.
- Охренеть! - выдохнула она, поняв, что проспала всё на свете. - Охренеть! Охренеть! Вот мне влетит же! Охренеть!
Позвонить она не могла, так как её телефон постигла та же участь, что и мобильный Улькиорры – он разрядился полностью. Едва не промахнувшись мимо кармашка, она кинула часики обратно и кинулась к стоянке такси, искренне надеясь, что там есть хоть кто-нибудь, потому что двухчасового опоздания госпожа Кучики ей просто так не спустит.

- И где она? - в который раз спрашивала Рукия, постукивая мыском изящной туфельки по паркетному полу.
Матсумото снова сделала вид, что красивый рисунок на потолке имеет больше смысла, чем вопрос начальства, и задумчиво выпятила губы, искренне надеясь, что Кучики просто испарится из её кабинета, однако та не торопилась покидать уютное помещение финансового директора, продолжая нервно ходить из угла в угол. Опозданий она не терпела ни в коем случае, считая это проявлением непозволительной халатности, которую Рукия терпела ещё меньше, чем непунктуальность. В общем, получался достаточно гремучий коктейль из целой кучи претензий, которые начальница скрупулёзно копила в течение этих трёх часов.
- Что она себе позволяет?! - проворчала Рукия, скрещивая руки на груди и вновь бросая беглый взгляд на часы, которые от такого пристального внимания давно уже должны были покрыться трещинами. - Работает без году неделю, да ещё и опаздывать вздумала?!
- Да ладно тебе, - бледно улыбнулась Рангику, понимая, что сейчас переключит весь огонь на себя. Однако вина за опоздание Иноуэ частично лежала на ней, и Матсумото стало просто по-человечески жаль бедную девочку, которая сейчас висела на волоске от увольнения, ведь у Кучики разговор короткий в этом плане. - Давай лучше выпьем, а? - предложила она, направляясь к бару в дальнем углу кабинета, припоминая, что вроде как стырила из кабинета начальства шикарнейший бренди «Кальвадос» - самую вкусную штуку, которую только могли придумать в этом чёртовом мире.
- Ты издеваешься, что ли? - отшатнулась Рукия, сверкая большими фиолетовыми глазищами, как разъярённая кошка. - Пить в обеденное время - это распутство и редкостное… - она замолчала, пытаясь подобрать слово.
- Распиздяйство, да, - прошептала финансовый директор, доставая пузатую бутылку из шкафчика и один бокал, полагая, что начальница всё равно откажется.
Внезапно дверь резко распахнулась, явив взгляду растрёпанную секретаршу, которая, едва дыша, вперила полный мольбы взгляд в обалдевшую Рукию, которая как раз собиралась отчитать свою подчинённую за пьянство. Матсумото едва подавила смешок, различив те самые признаки разгульной ночи, которые сразу бросаются в глаза опытным людям: полный беспорядок на голове, измятая, будто жёванная коровой, одежда, отсутствие колготок и, что самое главное, блеск в глазах, который с головой выдавал довольного проведённым временем человека. Вот только сейчас все приятные воспоминания могли быть перечёркнуты одним словом правящей верхушки, которая уже начинала дымиться от раздражения.
- Госпожа Кучики, - взмолилась Орихиме, ввалившись в кабинет и едва не распластавшись на его пороге из-за чуть выпуклого угла коврика, - я очень извиняюсь за опоздание! Такого больше не повторится – я обещаю!
- Иноуэ, - совсем тихо протянула Рукия, и Рангику вздрогнула от этого ледяного тона, поняв, что девочка простым выговором и лишением премии не отделается, - вы помните, что дисциплина стоит самым первым пунктом в вашей должностной инструкции?
- Помню, - обречённо поникла девушка.
- И, я надеюсь, вы помните, что пунктуальность стоит вторым пунктом?
- Помню…
- А третьим пунктом стоит…
- Своевременное исполнение обязанностей, которые включают в себя…
- Я рада, что вы выучили наизусть свою должностную инструкцию. Тогда почему вы нарушаете сразу все пункты, не потрудившись даже сообщить об этом заблаговременно? - холодно поинтересовалась начальница.
Матсумото укоризненно покосилась на неё, видя, как секретарша стала бледнее полотна, осознавая, что добром этот разговор не кончится. «У брата, что ли, нахваталась?» - подумала она, мысленно вздыхая.
- Просто я отвозила документы для господина Шиффера, и так получилось, что… - Девушка замолчала, прикусив язык и покраснев при этом до кончиков волос.
- Что получилось? - прищурившись, поинтересовалась Рукия.
- Н-ничего… - пролепетала Орихиме, опуская голову.
- Вы не оставляете мне выбора, Иноуэ, - вздохнула начальница. - Пишите заявление по собственному желанию, иначе я уволю вас за грубое нарушение должностной инструкции, а с таким чёрным пятном в послужном списке вас вряд ли возьмут на работу в какую-нибудь приличную компанию.
- Ну, почему же? - раздался внезапно приятный мужской голос, от которого подпрыгнули все три особы, разом повернувшись к двери, в проёме которой, облокотившись на косяк, стоял деловой партнёр «Кучики Инк», чуть свысока поглядывающий на собравшийся в кабинете курятник.
- Господин Шиффер, - мгновенно сменив тон на более сухой и деловой, произнесла Рукия, кивая молодому человеку, - вы получили документы?
- Да, - подтвердил он, проводя ладонью по волосам и бросая на прижухшую Орихиме красноречивый взгляд. - И госпожа Иноуэ всю ночь потратила на то, чтобы помочь мне со всеми бухгалтерскими делами, которые госпожа Матсумото изволила свалить на меня в полном объёме, не потрудившись даже краткой записочки с пояснениями приложить. - Рангику моментально вспыхнула, словив не предвещающий ничего хорошего взгляд начальницы. - Уснула ваша помощница только под утро, и я не посмел её будить, решив, что раз уж она так на совесть поработала, то лишние пару часов сна ей не повредят, чтобы не терять работоспособность по чьей-то вине. - И вновь прокурорский взгляд пригвоздил финансового директора к полу. - А тут я решил забежать, чтобы передать вам кое-какие счета, которые успел оформить с отчётами, и услышал ваш диалог, который мне, госпожа Кучики, ни капельки не понравился. Не выясняя причин, вы решили просто так уволить прекрасного работника. Это не самая хорошая черта для работодателя, ведь разбрасываться подобными кадрами – это слишком большая роскошь. Хотя, в принципе, я заберу госпожу Иноуэ к себе, раз уж вам она не нужна. Мне пригодится такой усердный помощник.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Рукия молчала, пристыженная подобной тирадой, Орихиме тоже молчала, пылая от подобных слов, как маков цвет. «Вот конь! - раздражённо подумала Рангику. - Всю ночь работали, расторопный помощник - ага, как же! Знаем мы, чем вы и на чём писали отчёты! Ещё и на меня всё свалил, говнюк! Вот увидимся в Клубе – я тебе устрою!» Расправы Матсумото не сильно боялась, зная, что Кучики удавится, но не отпустит её в конкурирующую корпорацию Шунсуя, который уже давно заглядывался на декольте финансового директора, заявляя, что ему не повредит подобный кадр для упорной и плодотворной работы. Но подобный разнос слышать из уст какого-то мальчишки – это было унизительно сверх меры.
Рукия вдруг вскинула подбородок и вперила в визитёра взгляд чуть прищуренных глаз.
- Я поняла вас, господин Шиффер, и прошу прощения и у Орихиме, и у вас – за то, что пришлось наблюдать этот неприглядный спектакль, - чётко произнесла она, сжимая руки в кулаки. - Иноуэ, будьте добры, приведите себя в порядок и приступайте к работе.
Счастливая девушка кивнула и моментально испарилась, едва не налетев на дверной косяк, но и тут Улькиорра спас её, обхватив рукой за талию и направив по правильному пути. Залившись пунцовой краской, она поклонилась в ответ на любезность и выбежала из кабинета, оставив начальство наедине.
- Ведь есть же что-то ещё, о чём вы умолчали, господин Шиффер, чтобы не компрометировать мою помощницу, не так ли? - спросила Рукия, склонив голову набок и ехидненько улыбнувшись.
- Госпожа Иноуэ – замечательный работник и широкой души человек, - подумав, ответил парень. - Поэтому ткните мне пальцем хоть в одну здравомыслящую личность, кто посмеет скомпрометировать это создание.
- Ну, знаете ли, ублюдков в мире полно.
- Вы правы. Только в этой комнате их явно нет. - Учтиво поклонившись, Улькиорра вышел за дверь, добавив: - Бумаги я оставлю у секретаря. Всего доброго, госпожа Кучики.
После его ухода воцарилась настолько непроницаемая тишина, что Матсумото готова была поклясться, что слышит, как кружится в воздухе офисная пыль. Даже часы, казалось, испуганно притихли, опасаясь гнева начальницы, которая почему-то с олимпийским спокойствием восприняла подобный диалог, ранее вызвавший бы у неё только отрицательные эмоции.
- Рангику, - тихо позвала Рукия, заставив финансового директора вздрогнуть от неожиданности, - ты заметила, как у него взгляд изменился? Он перестал быть таким… таким…
- Несчастным, - подсказала женщина, подходя к начальнице и протягивая той бокал для бренди, который она с готовностью приняла. - Ещё бы я не заметила.
- Может, это к лучшему, - дёрнув плечом, пробормотала Кучики, наблюдая, как мутноватая жидкость наполняет прозрачный сосуд. - И всё-таки пить в обед – это какое-то распиздяйство.

Улькиорра дошёл до стойки секретаря в приёмной и с удивлением увидел пустующее место. Положив стопку бумаг на столешницу, он огляделся и, нахмурившись, заглянул под стойку. Увиденное заставило его изумлённо округлить глаза: Орихиме сидела там, поджав колени к подбородку и испуганно поглядывая на внезапного вторженца. По жесточайшему разочарованию, отразившемуся в серых глазах, Шиффер понял, что прятались именно от него.
- И что это значит? - пробормотал он, пытаясь ухватить сопротивляющуюся девушку за руку. - Прекращай этот цирк и вылезай немедленно!
- Нет-нет-нет! - отчаянно замотала головой та, отмахиваясь от цепких пальцев и краснея при этом, как помидор. - Уходите, пожалуйста, господин Шиффер! Я безумно благодарна вам за то, что спасли мою работу, но… Ух! - Порядком рассердившийся парень всё-таки схватил Иноуэ за шкирку, как нашкодившего котёнка, и выволок из-под стойки.
- Что это ещё за детский сад, объясни? - процедил он, встряхивая девушку. - Я и не думал, что настолько страшен, чтобы прятаться от меня под столом.
- Н-но… - всхлипнула Орихиме, бессильно повиснув в его руках. - Вы же…
- Ты что, боишься меня, женщина? - приподняв одну бровь, поинтересовался Улькиорра.
- Я не боюсь, - прошептала она, твёрдо глядя ему в глаза.
- Вот и славно, - произнёс Шиффер, разжимая ладони и ставя помощницу Кучики на место. - У меня будет к тебе одно предложение. Дело в том, что помощников у меня нет, а дел – хоть застрелись, поэтому я хочу нанять кого-нибудь на полставки, кто будет приходить ко мне, скажем, три-четыре раза в неделю, чтобы помочь с бумагами и текущей бухгалтерией.
- Да как вы?.. - задыхаясь от возмущения, едва вымолвила Иноуэ, углядев похабный подтекст.
- Ты опять всё неправильно поняла, глупая женщина. Когда я говорю о работе – я имею в виду только работу. По поводу остального могу сказать, что ты можешь меня не бояться – я не буду делать ничего, чего бы ты сама не захотела, - пояснил он, раздражённо приглаживая волосы, которые сегодня были в явном беспорядке, как, собственно, и причёска самой Орихиме.
Хихикнув от подобной аналогии, девушка прищурилась, оценивающе глядя на предполагаемого работодателя. Бухгалтерии она не боялась, как и большого труда, считая, что деньги всё потом окупят, но вот скрытый подтекст, который всё никак не желал выветриваться из сознания, коварно намекал на то, что это будут не просто деловые отношения.
- Хорошо, - против своей воли произнесла она, едва не откусив себе язык за смелость.
- Славно, - кивнул Улькиорра. - Сегодня заедет водитель на машине и отвезёт тебя в мой офис. Буду ждать.
Развернувшись, он направился к выходу, попутно сминая в кармане утащенные у Урахары презервативы. Это будет очень любопытное сотрудничество.

@темы: Фанфик, Улькиорра/Орихиме

Комментарии
2011-11-29 в 14:17 

Givsen
латентный романтик | сказочный лис | страшный человек | накуривающая муза | дрочдилер | сотона
Прошу прощения - окончание не влезло в пост, поэтому выношу его в комментарии.

- Ну, как прошло? - В кабинет впорхнула Йоруичи, поправляя тонкий ремешок на белых обтягивающих брюках, которые просто потрясающе смотрелись на её стройных длинных ногах.
Вот только самому Киске было не до разглядывания прелестей своего зама – он хмуро смотрел в стену, придерживая у челюсти большой пакет с колотым льдом. Девушка неслышно подплыла к нему и, глянув на наливающийся багровым синяк на скуле, присвистнула. Урахара вздохнул на это проявление сочувствие и обиженно насупился, так и не глянув на своего зама, который моментально уселся на столешницу, пользуясь тем, что шеф сейчас вряд ли обратит на это внимание и сгонит.
- А я ведь добра ему желал! Сделал всё возможное для счастья, а он мне кулаком в челюсть. Вот где справедливость, скажи мне?
- Хм… Что произошло? - поинтересовалась Шихоуин, с интересом уставившись на управляющего.
Постоянно вздыхая и меняя замерзающие руки, он поведал о том, как Улькиорру скрутило в коридоре и как сам Киске его приводил в чувство, выхаживал и отпаивал, стремясь в кратчайшие сроки поставить парня на ноги, а тот вместо благодарности замаячил спасителю увесистый хук и быстро покинул Клуб, заявив, что ноги его больше тут не будет.
- Ну, ты избавился от проблемы с несчастным взглядом господина Шиффера, - философски вздохнув, заключила Йоруичи. - А почему его так скрючило-то? Неужто аллергия на чай, который я приволокла в библиотеку?
Урахара вдруг замолчал, пряча бегающие глазки за полями цветастой панамки, что не могло не вызвать подозрения у его зама. Придвинувшись, она схватила мужчину за ворот кимоно и притянула к себе, вылавливая полный искреннего раскаяния взгляд, который не понравился ей вовсе. Приготовившись к самому худшему, Шихоуин повторила вопрос:
- Что случилось с господином Шиффером?
- Ну, в общем, я подумал, что чай – это как-то беспонтово и слишком по-детски, поэтому подумал… ещё подумал… и совсем уж внимательно подумал…
- Короче! - зарычала девушка, предчувствуя, что «внимательно подумал» не закончится чем-то, вроде «решил добавить немного фруктозы, и у нашего клиента случился запор или понос – нужное подчеркнуть».
- И заменил чай на бурбон, - выдохнул Киске и зажмурился, ожидая целую лавину самых ласковых слов.
Однако Йоруичи, ошеломлённо вытаращившись на шефа, отцепила разом одеревеневшие пальцы от его кимоно и чуть отстранилась. Затем она шумно вздохнула, стараясь отогнать совсем уж не дамское желание заматериться, как это частенько делает Рангику, и проскрипела, тщательно подбирая слова:
- Ты головой в косяк упоролся по пути в лабораторию, что ли? Кто же мешает химически активное соединение с алкоголем, в котором, внимание, содержится спирт?! Спирт, понимаешь, Урахара?!
- Ну, я прикинул, что если его совсем немного выпить, то катастрофических потерь не последует. Кто же знал, что господин Шиффер выжрет почти всю бутылку в одну харю?
- Ой, дурак-дурак… - пробормотала Шихоуин, соскакивая со стола. - В общем, Улькиорру можно вычёркивать из списка членов Клуба.
Киске сокрушённо вздохнул, вновь прикладывая кулёк со льдом к челюсти, которая ощутимо болела после ласкового кулака молодого человека, который почему-то не оценил доброту управляющего и от души высказался о своём недовольстве, припечатав все слова увесистым ударом. Теперь ещё и Йоруичи обиделась, что вообще ни в какие ворота не лезло. Что же за день такой?
- Урахара, - тихо позвала девушка, отвлекая шефа от мрачных мыслей, - ты не плохой человек. - Мужчина не смог подавить улыбку от хвалебных слов, но после следующей фразы вмиг посерел. - Ты просто дурак.
- Ну, спасибо, - буркнул он, вновь отворачиваясь.
Шихоуин вышла за дверь и, прикрыв её, шёпотом добавила:
- Добрый умный дурак.
Вздохнув, она направилась к кухне, чтобы взять там мазь от отёков. Шефу надо было выглядеть хорошо к вечеру, чтобы новый клиент не испугался побитого управляющего.

   

Bleach Het

главная